NV (Украина): «Трамп — это искривление, аномалия». Онлайн-интервью с легендой американской политики Джоном Болтоном | STROKA.info

NV (Украина): «Трамп — это искривление, аномалия». Онлайн-интервью с легендой американской политики Джоном Болтоном


Джон Болтон — один из главных старожилов американской политики, в течение своей карьеры работавший в администрациях глав исполнительной власти Рональда Рейгана, Джорджа Буша-младшего, а также Дональда Трампа. Во времена последнего он занимал пост советника лидера США по национальной безопасности.

Также Болтон — одна из ключевых и самых заметных фигур Республиканской партии США. Убежденный «ястреб», он в течение многих лет последовательно выступал за активное участие Вашингтона в мировой политике и поддерживал военные кампании в Сирии, Ливии, Иране и остальных странах.

В сентябре 2019 года, в разгар происшествия из-за возможного давления Трампа на лидера Украины В. Зеленского, Болтон покинул команду 45-го руководителя Белого дома и написал мемуары о 17 месяцах своей деятельности с ним — «Комната, где это произошло».

Журналист Радио НВ Юрий Мацарский поговорил с Болтоном о президентстве Трампа, внешней политике США при новом главе государства Джо Байдене, выводе американских войск из Афганистана и многом другом.

Юрий Мацарский: Ваша книга «Комната, где это произошло» — это большой том, посвященный работе в самом сердце американского правительства. В начале разговора я хотел бы спросить у вас: что это из чего можно заключить — быть в команде Трампа?

Джон Болтон: Что ж, это был очень необычный опыт. И для меня, и, как мне кажется, для всех старших советников лидера Трампа. Это не было похоже ни на одну американскую президентскую администрацию из всех, с которыми мне приходилось работать. И, я думаю, из всех, с которыми работали и остальные советники. Эта администрация была не очень организованна, она не была сфокусирована на политике в том смысле, который мы обычно вкладываем в это слово. В ней было множество людей, двигавшихся в разных направлениях.

Сам глава не был нацелен на правительственные задачи, не занимался стратегией. Он в основном переживал за свое политическое будущее. Конечно, как любому президенту, как любому демократически избранному лидеру, ему приходилось уделять внимание вопросам управления. Но мне кажется, он просто игнорировал множество важных вещей. В большинстве администраций работа в совете национальной безопасности выглядит так: ты координируешь политические процессы, даешь рекомендации президенту, рассказывая ему о возможных вариантах его шагов, и следишь за тем, чтобы политические решения были воплощены в жизнь.

В случае с президентством Трампа все было очень ситуативно. Куда более непредсказуемо. Мы потратили много времени только на попытки удержать правительство в тех рамках, в которых оно должно было существовать, при этом противодействуя президенту, у которого было свое видение.

— Какие общение были внутри команды Трампа? Это была настоящая команда, в которой люди относились друг к другу как к коллегам, или это, скорее, было похоже на соревнование за доступ к президенту?

— Я описывал в своей книге работу в Белом доме как жизнь внутри аппарата для игры в пинбол. Это метафора, объясняющая хаос и беспорядок, с которыми нам приходилось иметь дело ежедневно. Вы знаете, если процессы не идут автоматически, люди учатся извлекать выгоду из этого беспорядка. Они стремятся быть ближе к президенту, стать теми, чье уверенность он услышит, ведь это почти гарантирует то, что в частности их позиция будет утверждена. Мы же стремились добиться последовательности и скоординированности при принятии политических решений. И мы приложили огромные усилия только для того, чтобы остаться на месте, не то чтобы двигаться вперед.

Я думаю, работать в этой администрации часто было неприятно, иногда невыносимо, а порой и просто опасно для наших друзей по всему миру. Они не могли рассчитывать на то, что США будут оставаться страной-лидером, понимали, что Америка — уже не та государство, которая может демонстрировать и подтверждать свое лидерство день за днем на протяжении долгого периода времени.

— Из Украины, нашей части мира, кажется, что главным трамповским способом решения международных проблем — а возможно, и не только международных — было стремление заключить сделку, как он сам говорил, «to make a deal». Найти что-то интересное или полезное для иностранного лидера и предложить это ему или ей в обмен на что-то интересное или полезное для США. Если это согласен так и Трамп на самом деле подходил к политике как к бизнесу, то какую сделку он собирался заключить с Владимиром Путиным?

— Мы называем те подходы к работе, которые вы описали, транзакционными. Все, что делал Трамп в своей карьере, все, чем он занимался, как игрок на рынке недвижимости, — это заключал сделки. Ты покупаешь участок земли и заключаешь сделку о покупке, ты строишь помещение на нем и снова заключаешь сделку со строителями, ты сдаешь помещение в аренду — и снова сделка с арендаторами, ты продаешь это помещение — и это тоже сделка.

Цель этих сделок понятна и проста — ты пытаешься заработать денежные средства. Международные общение — вещь чуть более сложная. Но инстинкт бизнесмена подсказывал Трампу, что и здесь есть пространство для сделки: кто-то что-то ищет или что-то предлагает, и он, игнорируя утвержденные стратегии, невзирая на глобальную картину мира, согласен мог предложить заключить какую-то сделку. Типа: мы готовы сделать это для вас, но и вы сделайте для нас то, что нужно нам. Часто такие предложения шли вразрез с интересами участников переговоров и даже вредили дальнейшему их ходу.

Что касается Путина… Вы знаете, у нас не было больших основательных обсуждений с Трампом…



Источник Иносми

Previous post В Москве суд оштрафовал сопротивлявшуюся полицейским в МФЦ женщину
Космонавт Афанасьев на примере поцелуев объяснил абсурдность полета Ричарда Брэнсона Next post Космонавт Афанасьев на примере поцелуев объяснил абсурдность полета Ричарда Брэнсона