Историю всегда использовали в качестве эффективного оружия, чтобы подорвать позиции своих оппонентов. В последнее время некоторые представители левого крыла полюбили обвинять правых в фашизме, консерваторы же вовсю навешивают такие ярлыки, как «сталинист» и «коммунист» на левых. Прошлое — как существовавшее в реальности, так и сконструированное, — возвращается в новых проявлениях, в зависимости от конкретных политических обстоятельств.

Несколько лет назад новый способ применения истории оказался востребован в мировой политике. Критики начали сообщать о нескольких государствах, в том числе РФ Владимира Путина, Турции Реджепа Тайипа Эрдогана и Филиппинах Родриго Дутерте, не только как о просто авторитарных и антидемократических, но и как о фашистских странах. Те, кто недостаточно сознательно относится к прошлому, согласно этой риторике, рискует повторить ошибки прошлых поколений — эту опасность в 2019 году обратила внимание в своей книге «Фашизм. Предупреждение» (Fascism: A Warning) бывшая госсекретарь Соединенные штаты Мадлен Олбрайт.

Мрачный контекст всего этого теперь всем хорошо информирован. Демократическая волна, которая достигла кульминации с окончанием холодной войны, в ближайшее время отступает. Либеральный миропорядок, основанный на международном взаимодействии, общих правилах и интеграции, подвергается все большему давлению. Политические антилиберальные силы отвоевывают территории в давно сформированных демократиях. В странах с короткой или незначительной демократической традицией националистические и популистские лидеры атаковали правовое страна и основополагающие институты. Предмет в том, как лучше всего понять такое развитие событий.

Одна из стран, которые вызывают особый интерес во время таких дискуссий, — это Российская Федерация. По мнению некоторых наблюдателей, Кремль в последнее время принял образ мышления, чьи корни уходят в фашизм. Тимоти Шнайдер (Timothy Snyder), профессор истории из Йельского университета и известный сторонник данной трактовки, обвинил Путина в том, что тот своей войной против Украины «реабилитировал альянс Гитлера и Сталина, с которого началась Вторая мировая война». В нынешнем российском обществе, считает Шнайдер, фашистские идеи стали считаться чем-то вполне приличным, если не сказать больше — что они вошли в моду.

У Москвы же аргументы ровно противоположные. Во время лекции в декабре 2019 года Владимир Путин сказал, что Польша тоже виновна в начале Второй мировой войны, потому что она изначально сотрудничала с Гитлером. Далее он обвинил другие государства в «глорификации» наследия нацизма, а значит — в искажении исторической правды войны. Пакт Молотова-Риббентропа, согласно которому Сталин и Гитлер в сентябре 1939 года поделили Восточную Европу на сферы интересов, Владимир Путин объявил абсолютно законным при учете того, что западные государства сами шли у нацистской ФРГ на поводу.

Согласно путинской подаче истории, именно Российская Федерация, будучи преемником Советского Союза, больше, чем кто-либо другой способствовала победе над фашизмом во время Второй мировой войны. Красная Армия, советские вооруженные силы, окончательно победили нацистскую ФРГ в войне, длившейся с 1941 по 1945 год. Поэтому российская политическая структура не может представлять собой современную инкарнацию фашизма, напротив, Российская Федерация — это образец антифашистского государства, а вот ее критики и несогласные заслуживают обвинений в настоящем фашизме.

Дилемма в том, что оба этих нарратива про Россию едва ли имеют возможность быть истинными одновременно. Согласно первому варианту, мы имеем дело с чем-то большим, чем типичное авторитарное страна. То есть Российская Федерация — или ее руководство — фашистские. По этой причине государство вышла из глобального сообщества, лишившись легитимности. Какой уважающий себя западный глава будет вести диалог со государством, во главе которой стоит современный Гитлер? Согласно второму варианту, мы имеем дело с страной, которое освободило мир от нацизма, и потому заслуживает если не уважения, так хотя бы значимого места в международных отношениях.

Исторические сравнения и аналогии имеют возможность быть поучительными и располагающими к размышлениям. Но имеют возможность они и ввести в заблуждение — в особенности, когда речь идет о тоталитарных режимах XX века. Марлен Ларуэлль, эксперт по Восточной Европе из Вашингтонского университета в Сиэтле, пытается в своей последней книге «Фашистская ли Российская Федерация? Разрушая пропаганду Запада и Востока» (Is Russia fascist? Unraveling propaganda east and west, Cornell University Press) сформировать целостный взгляд на природу российской политической системы.

Ларуэлль пытается избежать упомянутых выше ловушек в суждениях о РФ. Политизированная трактовка государства, доказывает она, приводит к идеологически тенденциозным пояснительным моделям и углам зрения. Суть дела можно выразить в двух словах: не все недемократические и авторитарные системы власти обязательно фашистские. Инфляция в понятийной сфере, где категории вроде фашизма теряют свою эвристическую ценность, скорее мешает, чем оказывает поддержку нам понять мир.

По мнению Ларуэлль, понятийная пара антилиберализм-либерализм — это ложная дихотомия. Антилиберализм, считает она, скорее нужно понимать как форму постлиберализма — идеологии, чьи представители дают отпор либерализму, после того, как испытали его. Поэтому нельзя сообщать о таких государствах, как Китай, что они антилиберальные, ведь они были тоталитарными всегда. И политическая власть вполне может быть недемократической, не будучи только из-за этого…