Мария Колесникова отказалась просить Лукашенко о помиловании | STROKA.info

Мария Колесникова отказалась просить Лукашенко о помиловании


Белорусский оппозиционер Мария Колесникова, которую суд приговорил к 11 годам лишения свободы, не станет просить о помиловании. В разговоре с РБК она определила приговор «ахинеей», а 41 том дела «сбором макулатуры»

Мария Колесникова

(Фото: Дмитрий Ловецкий / AP)

«Я невиновна и ни о каком прошении о помиловании не может быть и речи», — сообщила Колесникова РБК. В настоящее время она находится в СИЗО № 1, занимающем строение Пищаловского замка в центре Минска — там она ожидает слушаний по обжалованию приговора. РБК смог передать ей вопросы и получить ответы.

По словам Колесниковой, ей неоднократно предлагали пойти на сделку, в том числе дать онлайн-интервью государственному телеканалу, чтобы сократить срок или взамен на свободу, но она каждый раз отказывалась. «Предложения семье покинуть Беларусь, написать прошение о помиловании, письма, сняться в кино и быть на свободе — это свидетельства того, что власть не понимает, что проблема не во мне и в Максиме [Знаке], проблема в том, что власть утратила легитимность, доверие в глазах белорусов», — говорит она. Колесникова убеждена, что это «не решить ни репрессиями, ни фильмами» и что «банде наперсточников веры нет и быть не может, раз даже в такой обстановки они неспособны к честной игре».

6 сентября Минский областной суд приговорил Марию Колесникову и Максима Знака, адвоката и члена координационного совета белорусской оппозиции, к 11 лет колонии общего режима и 10 годам колонии строгого режима соответственно. Их признали виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 357 (заговор с целью захвата власти), ч. 3 ст. 361 (призывы к действиям, направленные на причинение ущерба национальной безопасности), ч. 1 ст. 361-1 (создание экстремистского формирования) Уголовного кодекса Белоруссии. Приговор Колесниковой и Знаку — предпоследний в череде дел против основных политических оппонентов лидера Александра Лукашенко. Решения суда в СИЗО ждет Сергей Тихановский, задержанный первым из лидеров оппозиции — в мае прошлого года.

По словам Колесниковой, когда она услышала приговор, то улыбнулась и подумала, что «это приговор не нам, а всей системе», сообщает она. «Самой власти, которая нас испугалась на «11 лет», самим судьям, которые срывающимися голосами с трудом дочитывают приговор. Процесс исторический и все его участники сделали свой выбор», — говорит Колесникова.

Все заседания суда над Марией Колесниковой и Максимом Знаком, не считая того, на котором был оглашен приговор, проходили в закрытом режиме. Все участники этого процесса связаны подпиской о неразглашении. Колесникова именует выдвинутое ей обвинение «полной ахинеей, составленной по неведомым доселе грамматическим и логическим правилам».

«41 том материалов — сбор макулатуры, который ни о чем, помимо нашей невиновности, не свидетельствует, несмотря на жалкие попытки внедрить фейковые улики», — говорит она. Колесникова убеждена, что если бы у обвинения были бы доказательства, то процесс был бы открытым. «Но я счастлива была видеть Макса спустя год, мы много смеялись в ходе «процесса» и постоянно получали замечания (прямо как в школе)», — говорит она, имея в виду, что впервые встретилась с ним именно в клетке зала заседаний. По словам Колесниковой во время допроса и последнего слова ее часто перебивали и не давали высказаться.

В заключении она старается «максимально полезно проводить время». По ее словам, в изоляторе хорошая библиотека. Ей удалось выписать себе журналы «Forbes» и «Дилетант», «Независимую газету», «Науку и жизнь». Она также смотрит государственное телевидение и читает государственные газеты. Колесникова занимается спортом, рисует. «Весь год пишу жалобы, так как нарушаются мои основные права: на юридическую помощь, на переписку (она фактически отсутствует), мои письма не только родным не уходят, но не поступают и в суды, генеральную прокуратуру, следственный комитет, департамент исполнения наказаний и даже адвокатам. Когда проводят полный досмотр, меня снимают видео-регистратором», — сообщает она и вносит, что уже почти полгода сидит в одиночной камере, «поскольку якобы некурящих женщин, которых ко мне можно было бы подселить, во всем СИЗО нет».

По ее словам, несмотря на приговор, прошедший год был самым счастливым в ее жизни. «Счастьем было проехать всю Беларусь и видеть светлые горящие глаза невероятных белорусов. Мы все как заново родились, победили безразличие и страх — это счастье. Счастье рассуждать правду, не врать, не бояться, счастье быть собой и жить, «ніколі не пазбаўляючыся годнасці і волі» (цитата Максима Знака, «никогда не утрачивая достоинства и свободы» — РБК). Но даже в тюрьме весь этот год это чувство…



Источник РБК

Previous post Обозреватель (Украина): ЕС выдвинул Украине неприемлемую «рекомендацию» для сохранения безвиза — СМИ
Председатель «Грузинской мечты» Кобахидзе счел Саакашвили клоуном Next post Председатель «Грузинской мечты» Кобахидзе счел Саакашвили клоуном