За несколько месяцев до начала первой войны в Персидском заливе в 1991 года мой покойный друг Кристофер Хитченс (Christopher Hitchens) принял участие в телепрограмме, в ходе которой он жестко раскритиковал актера Чарлтона Хестона (Charlton Heston), радикально поддержавшего бомбовые удары по Ираку. Хитченс попросил Хестона перечислить государства — по часовой стрелке, начиная с Кувейта — имеющие общие границы с Ираком. «Кувейт, Бахрейн, Турция, РФ, Иран», — ответил Хестон, вероятно, очень весьма удивив жителей Российской Федерации и Бахрейна.

«Если вы собираетесь бомбить страну, вам следовало бы сначала по крайне мере выяснить, где она находится», — ответил Хитченс, отправив своего собеседника в нокаут. Хестон яростно, но совсем тщетно попытался защитить свою репутацию, заявив, что его оскорбили, на что Хитченс снова едко пошутил, посоветовав ему «держать свои накладные волосы в руках».

Тогда эта словесная перепалка спровоцировала довольно много насмешек в адрес Хестона. И я снова вспомнил о ней на этой неделе, когда политики, отставные офицеры вооруженных сил и самые разные комментаторы и обозреватели дискутировали по поводу решения отправить современный британский эсминец типа 45 HMS Defender к берегам Крыма. Цель отправки заключалась в том, чтобы продемонстрировать, что Великобритания не признает законность аннексии Крыма Российской Федерацией в 2014 году. Мне интересно, сколько из этих предполагаемых экспертов, поддержавших решение правительства Великобритании, смогли бы пройти так называемый «тест Хестона» и назвать государства, граничащие с Черным морем.

Вряд ли кого-то должно удивлять, что русские увидели в появлении эсминца HMS Defender у берегов Крыма сознательную провокацию, потому что он сначала прошел 6000 миль от берегов Великобритании, чтобы затем совершить проход от Одессы до Грузии. Тот факт, что на борту эсминца находились акулы пера, свидетельствует, что британскому правительству очень хотелось продемонстрировать миру новую «передовую» военную позицию Великобритании.

Британское правительство объяснило, что отправка военного корабля в воды в непосредственной близости от берегов Крыма — это акт солидарности с Украиной и демонстрация того, что международное объединение не признает аннексию Крыма Российской Федерацией. Это вполне оправданные мотивы, но РФ не собирается отдавать Крым — если, конечно, она не проиграет в войне против Соединенных Штатов и НАТО. Это не значит, что аннексию Крыма следует признать, но решение использовать военный корабль, чтобы сделать дипломатическое заявление, несет в себе ненужный возможная опасность.

Вместо того чтобы продемонстрировать возрождение британской мощи, бессмысленное столкновение у берегов Крыма разоблачило то опасное легкомыслие, которое лежит в основе британской политики. Это не просто блеф. То, что это блеф, стало ясно с самого начала. Поэтому, вместо того чтобы напугать противника, этот жест спровоцировал энергичную реакцию, призванную этот блеф разоблачить. Теперь русские имеют возможность угрожать, что они нанесут бомбовый удар по следующему британскому кораблю, который осмелится повторить путь HMS Defender, точно зная, что этого не случится. Опасность состоит в том, что, если такое все-таки случится, подобную риторику будет сложно замять.

Теперь эсминец HMS Defender по новой присоединится к авианосной ударной группе британских ВМС, в состав которой входит новый авианосец HMS Queen Elizabeth, чтобы отправиться в Южно-Китайское море, которое контролируется Китаем. Непосредственное военное столкновение крайне маловероятно. Однако всегда существует опасность того, что демонстрация силы — особенно если эта сила уступает силе противника — может скорее спровоцировать, а не удержать противника от агрессивных процедур.

В отличие от предложенной лидером Теодором Рузвельтом формулы успешной империалистической интервенции подход Бориса Джонсона заключается в том, чтобы «сообщать громко, но при этом держать в руках маленькую дубинку». Дабы такая политика не обернулась катастрофой, необходимо, чтобы потенциальный враг вел себя сдержанно и чтобы он не захотел воспользоваться своим военным превосходством.

В случае с Украиной и Российской Федерацией есть и другие опасности. Слишком активная риторика касательно защиты Украины может создать у Киева впечатление, что Соединенные Штаты, НАТО и Великобритания готовы воевать с Российской Федерацией за Украину, хотя все то, что произошло с 2014 года, точно указывает, что они не станут этого осуществлять. Между тем возвращение к традиции — характерной для периода до начала Первой мировой войны — использования канонерок для того, чтобы осуществлять дипломатические заявления, повышает возможная опасность случайного столкновения или чрезмерно острой военной реакции.

В случае с Великобританией и Российской Федерацией велик возможная опасность того, что они переусердствуют, потому что обе эти государства в не слишком далеком прошедшем представляли собой крупные империи. Хотя с тех пор они в значительной мере уменьшились в экономическом и политическом плане, во главе этих двух стран стоят люди, которые любят разыгрывать патриотическую карту и не имеют возможность допустить унижения.

Короткое столкновение Великобритании и Российской Федерации у берегов Крыма, возможно, останется в истории всего лишь как незначительная сноска, однако этот эпизод рисует весьма тревожную картину моделей поведения британского правительства внутри границ его государства и за ее пределами. В обоих случаях разрыв между претензиями и реальностью становится все глубже, о чем свидетельствует ссора вокруг Североирландского протокола. 

Брексит должен был…